А вот статья от профессионала, который производством электроники занимается

-------------------------------------------------------------------

Почему китайцы не спешат переносить производство в Россию

Вроде и зарплаты у нас уже меньше, чем в Китае и со всех трибун про локализацию и импортозамещение кричат, так почему же нет массового переноса электронных производств в Россию? И не только из Китая, но даже из Тайваня, Кореи или Израиля не переносят? Может дело в негодяях чиновниках, душащих бизнес бюрократией и коррупцией? Или в силовиках, мгновенно отжимающих любой успешный бизнес? А может в суровом климате, российском менталитете и русской лени, не позволяющих запустить здесь нормальное предприятие?

Это всё конечно очень удобные оправдания, особенно для поравалителей, но причина совсем в другом. Бюрократы, силовики и лентяи есть в любой стране и по моим наблюдениям текущая ситуация в России даже чуть лучше среднемировой.

Истинная причина скучна и банальна — решает экономика. Локализованный товар, несмотря на подешевевшую рабочую силу получается тупо дороже, чем такой же привозной. Не верите? Давайте просто посчитаем.

Для примера возьмем такую ситуацию: условная китайская компания Тай-фунь производит на своем заводе сто тысяч условных телепортеров в год, из них десять тысяч продает в Россию, а остальное — куда то ещё. Для простоты будем считать, что сама Тай-фунь делает только финальную сборку, закупая все комплектующие у других китайских (и не только китайских) подрядчиков.

Цена одного импортного телепортера в России будет складываться из четырех составляющих: постоянных издержек китайского завода (инженеры, менеджеры, здание), cтоимости материалов, зарплаты рабочих и логистических затрат (доставка, таможня, наценка в России):

Price Imported = Fixed China + Materials + Workers China + Logistics

Теперь, по требованию Партии и Правительства, Тай-фунь решает перенести производство в Россию. Чтобы не возиться с прямыми закупками, компания формирует на своём китайском заводе наборы запасных частей и переправляет их на российский завод. При этом её фиксированные издержки никак не меняются, поскольку объем выпуска падает всего на 10%, да и российские заказы по-прежнему надо обслуживать в плане закупок, финансов, отгрузок компонентов и много чего еще.

Стоимость материалов не меняется, поскольку Тай-фунь использует те же каналы поставок и зарплата сборщиков скорее всего тоже остается неизменной. Во-первых потому, что разница в зарплатах не такая большая, а во-вторых на десяти тысячах не удается добиться такой же производительности труда, как на ста.

Стоимость логистики растет, так как вместо одного наименования в типовой и компактной упаковке, теперь приходится иметь дело с несколькими десятками наименований комплектующих, объем которых в полтора — два раза больше объема готовых изделий.

Плюс к перечисленному, к цене добавляются фиксированные издержки российского завода, ведь здесь приходится организовывать полноценное производство. А это инвестиции, здания, менеджеры и инженеры.

В итоге цена локализованного продукта равна:

Price Local = Fixed China + Materials + Logistics + Logistics Extra + Workers Russia + Fixed Russia

Несложно заметить, что цена локализованного продукта оказывается выше импортного на рост стоимости логистики плюс стоимость фиксированных издержек в России. Локализация не просто невыгодна, она не создаёт здесь почти никакой добавленной стоимости. Единственное — происходит замена низкоквалифицированного труда китайских рабочих на низкоквалифицированный труд российских. А работу русских менеджеров-инженеров спонсирует потребитель из своего кармана. И никакие усилия по завлечению инвесторов, никакие технопарки и фонды развития здесь не помогут.

Так что, получается никаких шансов на локализацию нет? К счастью не всё так однозначно. Есть два фактора, которые могут сделать перенос производства экономически целесообразным.

Первый фактор самый очевидный — защитные пошлины на импорт. Пошлина на готовую продукцию в 15-20 процентов при пошлине на комплектующие до 5% делают локализацию производства практически любого продукта выгодным. Однако при вступления России в ВТО пошлины было решено сильно снизить, и защищенных секторов почти не осталось. Там, где пошлины сохранились, например в телевизорах, — локализация продолжается и её доля очень высока, даже не смотря на сущетсвенное падение рынка.

Со вторым фактором немного сложнее. При определенных масштабах производства, можно полностью обнулить фиксированные издержки китайского завода. Например, если Тай-фунь производит уже миллион телепортеров на своих пяти китайских заводах, а в Россию поставляет сто тысяч штук. Тогда, открыв завод в России, Тай-фунь может полностью закрыть один маленький завод в Китае, распределив объемы между оставшихся четырех. Часть материалов можно заказать в России, часть — покупать у поставщиков напрямую, без консолидации на китайском складе. Тогда стоимость входящей логистики будет примерно эквивалентна первой модели китайского импорта.

В дополнение к этим факторам, в качестве вишенки на торте можно вспомнить о плюсах близости к покупателю и возможностях быстрого конфигурирования продукции под требования рынка, можно сказать о патриотизме и маркетинговом эффекте переноса производства в Россию. Это приятные вещи, но они всегда вторичны при принятии решения об инвестировании в производство.

Ещё раз, есть только два стимула, чтобы производители локализовывали производство по доброй воле: защитные таможенные пошлины и объем рынка, соизмеримый с производительностью одного полноценного завода. В остальных случаях — только кнут, только административные меры и повышение цен на продукцию. То есть за локализацию платят потребители.

 http://zorins.livejournal.com/138005.html