Дискуссии :: Перспективы развития отечественной авиации
Развитие российской авиации (как гражданской, так и боевой).
Новости, разработки, проекты, перспективные планы, проблемы и пути их решения
Размещаемые сообщения можно использовать для подготовки новостей для ленты сайта.
ЮргенНе понял. Что — нафига? Если мы друг друга гарантированно уничтожим, не проще ли флот распустить, корабли сдать на металл, а оставить только БОХР и погранцов?
Вообще, нахрена нам армия? Нам нужны РВСН и ЧВК. РВСН для третьей мировой, а ЧВК для папуасов.
Юрген
и т. д. ).
И все вопрос остается актуальным — нафига?
Ну вот объясните мне, нафига оно надо? Ну США то понятно, что бы пресовать аборигенов во всех концах мира.
Китаю, просто потому что может, ему ни холодно — ни жарко, делается и пускай делается, лишь бы не простаивало, бюджет не обеднеет.
Нам оно на кой черт? Вы патрулированием подводных лодок хотите предотвратить ядерный удар по России? Вы верите в это? Других способ уничтожить нас пару раз у САШ нет?
Или Вы хотите перехватывать их доисторические бомбардировщики?
На хрена вся эта возня, если и мы и США гарантировано уничтожаем друг-друга пару раз минимум (учитывая все перехваты, повреждения
Вот от кого нам нужны эти средства борьбы и защиты в виде морской авиации и прочего?
ЮргенБезусловно, местами у него имеются перегибы. «Но ведь в главном то он прав!» ©и т. д.
Взять твой родной ТОФ, как наиболее красноречивую иллюстрацию. Сколько кораблей получено за последние два десятка лет? Ровно один, ну вот на днях сдадут еще один, и плюс с десяток катеров.
А ведь лет 7-8 назад предполагалось, что к 2020 году ТОФ получит 6 фрегатов и с дюжину корветов, плюс пройдут модернизацию старые советские корабли. Восемь лет прошло, прогресс нулевой.
Что будет с флотом лет через 10-15 такими темпами? Невозможно донашивать советские обноски до бесконечности, рано или поздно срок службы у них кончится. Кто будет выводить «Бореи» на позиции? Кто будет следить за американскими АПЛ? Случись что, флоту только и останется, что косплеить Порт-Артур.
Насчет количества кораблей. Опять же, взять ДВ. Да, у американцев кораблей стало меньше, но у китайцев больше, а у японцев и корейцев в лучшем случае не изменилось. То есть, необходимость в сильном флоте никто не отменял. Или взять балтику, ну у дойчей стало меньше кораблей, но и ведь у нас те же поляки из союзников перешли в стан противников, потеряна Прибалтика, на Черном море усилился турецкий флот и потеряна Болгария с Румынией
То есть, объективно ситуация с флотом близка к околокритической, и человек накидывает различные варианты быстро и недорого восстановить его боеспособность.
Конкретно по авиации ВМФ — ее нету. У ТОФ в составе морской авиации эскадрилья МиГ-31 и по десятку противолодочных Ту-142 и Ил-38. Это много на весь ДВ? Нету даже ударной авиации флотского подчинения.
Вся авиация ВМФ, вместе с авиагрупой «Кузнецова» — это около сотни истребителей и бомбардировщиков и порядка полусотни противолодочных самолетов. Для сравнения, у китайцев в морской авиации порядка 350 истребителей/бомбардировщиков, около 30 штурмовиков и около 30 ракетоносцев. А у нас ракетоносцев в МА вообще нету, их передали в ДА. Будет ли ДА ВВС озадачиваться проблемами ВМФ? По опыту любой войны можно уверенно сказать, что проблемы другого ведомства всех интересуют в последнюю очередь.
Опять же Су-34. Он может носить ПКР, но ВМФ почему-то их не заказывает. Хотя вот контракт на 92 самолета у НАПОиЧ заканчивается в следующем году и пока непонятно, чем он будет заниматься.
Ну можно сказать «а у нас же есть «Кинжалы». А сколько носителей на те «Кинжалы»? У флота на МиГ-31 ровно одна камчатская эскадрилья. ВВС много самолетов не даст, у них перехватчики тоже много для чего нужны.
Вот и получается, по носителям у нас тришкин кафтан. Это главная проблема.
Ипонский боХ. Что за вранье? Может Спрюэнс засунуть в МК 41 ПКР Гарпун? Не слышал о таком. Может у него в арсенале есть сверхзвуковые. а в перспективе гиперзвуковые ПКР? нет. Может у него помимо МК41 есть еще ПУ для ЗРК? Нет. Если посчитать сколько вооружения на Нахимове будет, то там как раз наверно 5 спрюэнсов будет. Если количество ракет всего взять.
По количеству кораблей в составе КСФ при Союзе и сейчас, я конечно спорить не буду, но и количество кораблей в о флотах наших потенциальных друзей стало мягко говоря тоже меньше. Так что надо не орать о чем-то одном, а в комплексе смотреть. Тем более, что да чисто морской авиации немного осталось, однако же есть примеры применения сверхзвуковых ПКР с СУ-34. Про Ту-22М3 я молчу, у них гиперзвуковые ракеты есть Х-32, или как они, не помню точно. Уверен, что и на Су-30 можно ПКР типа урана подвесить. да и калибры думаю можно применять, хотя не видел таких новостей, может пропустил. Короче сгущение красок, и боль у него наподобие боли Шишкина.
Я конечно тоже флотофил и хотел бы всего и много, но надо и головой думать, а не только туда есть.
Исходное интервью
10.12.2018
http://redstar....ti-obnovleniya/
По пути обновления
Морская авиация ВМФ наращивает усилия по совершенствованию подготовки лётного состава.
Генерал-майор Игорь КОЖИН.
В наступившем учебном году перед морской авиацией ВМФ стоят масштабные задачи. Об обновлении и модернизации лётного парка, совершенствовании инфраструктуры и перспективах развития в целом «Красной звезде» рассказывает начальник морской авиации ВМФ Герой России генерал-майор Игорь КОЖИН.
скрытый текст
— Игорь Сергеевич, подведите краткий итог уходящего 2018 года. Чего удалось добиться?
— В целом задачи лётной подготовки в морской авиации ВМФ на 2018 год выполнены. Общий налёт составил около 28 тысяч часов — это 120 процентов от запланированного показателя. Средний налёт на экипаж — порядка 130 часов как по самолётам, так и по вертолётам. Экипажи морской авиации в уходящем году выполняли задачи по плану бомбардировочной подготовки, торпедной подготовки и отрабатывали действия по минометанию. Особенностью боевой учёбы стала отработка задач многоцелевыми группами самолётов в ближней морской зоне.
В ходе повседневной учёбы с учётом полученного опыта отрабатываем боевые тактические приёмы, а также действия с
использованием дежурства в воздухе, чтобы работать не только по неподвижным, но и по движущимся целям. Актуальна
и передача данных по целям на большие радиусы через ретрансляцию с борта самолёта.
Говоря о совершенствовании выучки в целом, отмечу, что мы поступательно отрабатываем действия лётного состава по дозаправке в воздухе. Лётчики, которые достигли определённого профессионального уровня и затем прошли необходимую подготовку, получили соответствующий допуск. Сейчас готовим очередную группу лётчиков. Основная задача оперативно-тактической и противолодочной авиации, имеющей возможность дозаправки, быть в состоянии осуществлять её днём и ночью. Лётный состав должен быть готов к этому.
— Игорь Сергеевич, что можно сказать об обновлении лётного парка?
— По-прежнему большое внимание уделяли обновлению, которое вели по нескольким направлениям. Мы продолжали работу по перевооружению сил оперативно-тактической авиации берегового базирования на самолёты Су-30СМ — в 2018 году получили порядка десяти летательных аппаратов. Это наш базовый самолёт, поэтому идёт плановая замена на него практически всего парка оперативно-тактической авиации.
Планово идёт перевооружение основы противолодочных сил и сил целеуказания для корабельных группировок: вертолёта Ка-27 на новые вертолёты Ка-27М. Практически они составляют уже половину парка. Одновременно с поставкой Ка-27М идёт работа по их дальнейшей модернизации — оснащение элементами современного технологического оборудования.
До конца 2019 учебного года мы должны получить самолёты-амфибии Бе-200, которые будут эксплуатироваться в качестве спасательных и противопожарных летательных аппаратов. Экипажи у нас подготовлены, и, скорее всего, мы покажем эти летательные аппараты на Главном военно-морском параде в Санкт-Петербурге.
Идут специальные испытания Ил-38Н, связанные с совершенствованием ранее принятого на вооружение комплекса «Новелла». Комплекс имеет хорошие возможности для постоянной модернизации, и уже сейчас предусмотрена установка ряда новых элементов на этот комплекс. Он должен всегда отвечать современным требованиям к высокотехнологичному оборудованию, которые постоянно меняются в связи с развитием научно-технического прогресса.
В 2018 году введены в эксплуатацию два аэродрома — Чкаловск и Североморск-1. Они полностью отремонтированы и приспособлены для базирования морской авиации
В целом стоит задача создать единый комплекс информационно-боевого пространства для всех летательных аппаратов ВМФ.
— Игорь Сергеевич, если возможно, обозначьте, пожалуйста, перспективы развития морской авиации на длительный период времени, например до 2050 года.
— Как я уже упомянул, в морской авиации предусматривается модернизация существующего парка летательных аппаратов и их поэтапная замена перспективными авиационными комплексами.
На первом этапе (до 2020 года) осуществляется активная модернизация существующего парка воздушных судов. Речь также идёт о замене воздушных судов специальной авиации на новые образцы, включение в боевой состав подразделений корабельной истребительной авиации (МиГ-29К/КУБ) штурмовых и транспортно-десантных вертолётов корабельного базирования (Ка-52К), корабельных беспилотных летательных аппаратов. Всего до 2020 года планируется поставка в морскую авиацию ВМФ более 100 летательных аппаратов.
На втором этапе (2021-2030 годы) будут продолжены модернизация всего парка самолётов и вертолётов морской авиации и переоснащение самолётов истребительно-штурмовой авиации берегового базирования, будет начато серийное производство перспективного авиационного патрульного комплекса, перспективного многоцелевого вертолётного комплекса берегового и корабельного базирования, боевого вертолёта корабельного базирования. На вооружение морской авиации должны поступить корабельные самолёты радиолокационного дозора, беспилотные летательные аппараты корабельного базирования, перспективный авиационный комплекс корабельной авиации.
На третьем этапе (2031-2050 годы) в морской авиации предполагается перейти на новое поколение многофункциональных летательных аппаратов и принять на вооружение новое поколение систем высокоточного оружия воздушного базирования, будут наращиваться боевые возможности противолодочной и многоцелевой патрульной авиации за счёт переоснащения противолодочных полков на многоцелевой корабельный вертолёт и патрульный самолёт дальней зоны. Будут созданы поисково-спасательные вертолёты амфибийного класса дальней зоны, в том числе для действий в условиях Арктики и шельфов Арктических морей.
— Параллельно с обновлением лётного парка идёт ли совершенствование инфраструктуры?
— В 2018 году введены в эксплуатацию два аэродрома — Чкаловск и Североморск-1. Они полностью отремонтированы и приспособлены для базирования морской авиации: покрытие взлётно-посадочной полосы, рулёжные дорожки
Совершенствование инфраструктуры продолжается — устанавливаются самые современные цифровые радиотехнические средства, используемые на наших действующих аэродромах. Ранее везде поменяли техническую систему руководства полётами.
Мы продолжали работу по перевооружению сил оперативно-тактической авиации берегового базирования на самолёты Су-30СМ — в 2018 году получили порядка десяти летательных аппаратов
— В этом году морская авиация получила достаточно существенное пополнение. Как идёт становление лейтенантов?
— Да, у нас впервые за несколько лет такое большое поступление молодых лётчиков, а в дальнейшем они будут ежегодно приходить к нам на плановой основе. К работе с пополнением готовились, сейчас с лейтенантами серьёзно занимаемся и в нашем Центре боевого применения и переучивания лётного состава, и в полках. Они уже начали летать — ставим их на крыло. Можно говорить о том, что мы сейчас в достаточной степени укомплектованы лётно-подъёмным и штурманским составом.
— У молодёжи есть какие-то временные ориентиры. К примеру, за какой период вчерашний курсант может стать лётчиком 1-го класса? Помнится, раньше фигурировала цифра 8 лет…
— Раньше так и было. Четыре года в училище, затем после выпуска лётчик за четыре года доходил до уровня 1-го класса. Сам я 1-й класс получил ровно через четыре года после окончания Ейского высшего военного авиационного училища лётчиков.
Сейчас срок несколько больше, но всё равно вполне реальный ориентир — до 10 лет, начиная от поступления на первый курс и заканчивая выходом на уровень 1-го класса. Хотя практика показывает, что у некоторых лётчиков этот период занимает 7 лет — в зависимости от интенсивности подготовки и личных профессиональных качеств. А десять лет до 1-го класса — вполне реальная планка для каждого лётчика морской авиации.
— В этой связи что можно сказать об использовании учебно-тренировочных комплексов НИТКА в Ейске и Крыму?
— Они функционируют. На комплексе на аэродроме в Саках проведена соответствующая подготовительная работа с учётом продления сроков его эксплуатации, и в наступившем учебном году будем его интенсивно использовать.
В Ейске на комплексе НИТКА проводим различные исследования — это его основная функция. Но в то же время он также будет использоваться для подготовки лётного состава.
— Каковы наиболее значимые для морской авиации ВМФ события ожидаются в 2019 году?
— В числе основных мероприятий — подготовка и участие в Главном военно-морском параде. Определённый опыт уже накоплен, и уверен, что и в июле будущего года мы продемонстрируем отменную выучку.
Также на одном из театров военных действий планируем учение, аналогичное проведённому в 2018 году учению «Океанский щит — 2018». Это очень ответственное мероприятие, которое будет проходить под руководством главнокомандующего ВМФ России и потребует от личного состава высокой выучки.
— Игорь Сергеевич, в заключение хотелось бы задать вопрос о профессии морского лётчика. В чём её существенное отличие от других собратьев по крылатому строю? Чем полёты над морем отличаются от «сухопутных» воздушных дорог?
— Это особая авиация, которой надо жить постоянно. Почему? Потому что система выполнения полётов над морем подразумевает удаления на большие расстояния от суши, значительное время нахождения человека над водой. А эта среда достаточно агрессивная, особенно в осенне-зимний период, когда идёт интенсивная боевая учёба. Поэтому должна быть соответствующая моральная и специализированная подготовка, человек должен быть физически крепким. Лётчик, уходя в полёт над морем, совершенно чётко представляет, что, если вдруг откажет техника и придётся катапультироваться, он окажется в водной стихии. Он должен быть готов к любым, не дай бог, неожиданностям, на случай которых мы имеем силы спасения, но до их подхода нужно уметь продержаться. Это специфика морской авиации, и она требует особой подготовки.
Мы работаем в основном по морским целям, и это большая разница по сравнению с расположенными на берегу: морской объект передвигается, сложно дать целеуказание — очень непростая система поиска. Требуется опыт, который лётчики настойчиво накапливают в процессе повседневной службы.
Опять же у нас тесное взаимодействие с кораблями — с командирами кораблей и штабами морских сил. Эти взаимоотношения моряков и лётчиков выстраивались в течение десятилетий. Не случайно морская авиация всегда готовилась в Санкт-Петербурге в Военно-морской академии. Те преподаватели, которые учили моряков, они же учили и лётчиков, чтобы привить им важные принципы взаимодействия. Сейчас эти традиции по-прежнему сохраняются в ВУНЦ «Военно-морская академия имени Адмирала Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова».
В то же время очень важно, чтобы профессия морского лётчика оставалась романтичной и интересной. Для этого нужны дальние полёты, сложные задачи, освоение новых элементов пилотирования. Полёты — это главное для лётчика.
Олег ПОЧИНЮК, «Красная звезда»
Между тем:
https://tass.ru...a-i-opk/5891315
В ВМФ рассказали о планах по развитию морской авиации
Морская авиация ВМФ России получит новый морской патрульный самолет, его разработка должна завершится в 2020-х годах. Об этом в понедельник в интервью газете «Красная звезда» рассказал начальник морской авиации ВМФ России генерал-майор Игорь Кожин.
скрытый текст
«На втором этапе (2021-2030 годы) будут продолжены модернизация всего парка самолетов и вертолетов морской авиации и переоснащение самолетов истребительно-штурмовой авиации берегового базирования, будет начато серийное производство перспективного авиационного патрульного комплекса», — сообщил Кожин.
Ранее Кожин сообщал, что разработка новых патрульных самолетов в интересах ВМФ близится к завершению. «Главным командованием ВМФ и командованием морской авиации ведется работа по созданию перспективных многоцелевых вертолетов корабельного и наземного базирования, близится к завершению разработка новых патрульных самолетов, которыми планируется заменить существующие противолодочные самолеты», — отмечал начальник морской авиации в 2017 году.
Экс-главком ВМФ Виктор Чирков, будучи еще командующим флотом, сказал, что «проект перспективного самолета заменит стоящие на вооружении ВМФ противолодочные Ту- 142М3». Ту-142 — советский и российский дальний противолодочный самолет.
Два типа новых вертолетов
Морская авиация получит к 2030 году два типа новых вертолетов — палубный боевой вертолет и многоцелевой вертолет корабельного и берегового базирования, добавил также Кожин.
«Будет начато серийное производство <…> перспективного многоцелевого вертолетного комплекса берегового и корабельного базирования, боевого вертолета корабельного базирования», — рассказал Кожин. Генерал сообщил, что новые машины поступят в рамках программы обновления парка самолетов и вертолетов морской авиации в 2021-2030 годы.
До появления новых машин флот продолжит модернизацию существующих вертолетов. «Планово идет перевооружение основы противолодочных сил и сил целеуказания для корабельных группировок вертолета Ка-27 на новые вертолеты Ка-27М. Практически они составляют уже половину парка», — сообщил Кожин.
Он также добавил, что одновременно с поставкой Ка-27М идет работа по их дальнейшей модернизации. Что касается боевого вертолета, то в период до 2020 года флот планирует перевооружится на корабельный ударный вертолет Ка-52К «Катран».
Ранее генеральный директор холдинга «Вертолеты России» Андрей Богинский сообщал, что холдинг продолжает работать над перспективным многоцелевым морским вертолетом «Минога». Работы над эскизно-техническим проектом машины должны быть завершены в первом квартале 2019 года.
Сообщалось, что ВМФ России получит сразу несколько модификаций перспективного палубного вертолета «Минога», включая десантную. По оценке генерального конструктора АО «Камов» Сергея Михеева, его серийное производство может начаться примерно через десять лет.
Палубные беспилотники и самолеты ДРЛО
Начальник Морской авиации ВМФ России также сообщил, что корабельные самолеты дальнего радолокационного обнаружения (ДРЛО) и палубные беспилотники поступят на вооружение морской авиации ВМФ России в период с 2021 по 2030 годы.
«На вооружение морской авиации должны поступить корабельные самолеты радиолокационного дозора, беспилотные летательные аппараты корабельного базирования», — сказал Кожин, отвечая на вопрос о перспективах перевооружения морской авиации. Как уточнил генерал, это случится в период с 2021 по 2030 годы.
Кожин сообщил, что развитие морской авиации будет происходить в три этапа. На первом, до 2021 года, планируется продолжать модернизацию существующих образцов, в период с 2021 по 2030 годы авиацию флота начнут вооружать перспективными образцами военной техники. После 2030 года будет продолжено развитие перспективой техники.
В России ранее не создавались палубные самолеты ДРЛО. СССР для оснащения своего первого атомного авианосца «Ульяновск» проектировал палубный самолет радиолокационного дозора, наведения и управления (РЛДНУ/ДРЛОиУ) и радиоэлектронного противодействия (РЭБ) Як-44. Из-за трудностей в разработке бортовой аппаратуры был построен только макет Як-44. В 1993 году работы были заморожены из-за отсутствия финансирования.
Дальний арктический вертолет-амфибия
Морская авиация ВМФ России получит новый поисково-спасательный вертолет-амфибию дальнего действия для Арктики в период с 2031 по 2050 годы.
«Будут созданы поисково-спасательные вертолеты амфибийного класса дальней зоны, в том числе для действий в условиях Арктики и шельфов Арктических морей», — рассказал Кожин. По его словам, это произойдет в период с 2031 по 2050 год.
Генерал добавил, что за это время в морской авиации предполагается перейти на новое поколение многофункциональных летательных аппаратов и принять на вооружение новое поколение систем высокоточного оружия воздушного базирования. До появления новых машин флот продолжит модернизацию существующих вертолетов.
Для Арктики уже создан вертолет Ми-8АМТШ-ВА. Контракт на поставку вертолетов для арктических бригад был подписан в феврале 2016 года. Новая версия отличается от базовой главным образом улучшенной теплоизоляцией, пилотажно-навигационным и радиосвязным оборудованием (в том числе инерциальной системой навигации, работающей в отсутствие спутниковых сигналов), системой подогрева двигателей и транмиссии, позволяющей оперативно запускать двигатели при температуре меньше 40 градусов ниже нуля.
Также неоднократно заявлялось о желании возобновить производство вертолетов-амфибий Ми-14ПЛ, однако вопрос производства этих машин до сих пор не проработан. Ми-14ПЛ был создан в 1960-х годах на базе Ми-8. Вертолет-амфибия получил днище-лодку и два поплавка по бокам корпуса, которые одновременно служили обтекателями для опор шасси.
Вертолет мог держаться на воде при волнении до 3-4 баллов. Ми-14 оснастили различным противолодочным оборудованием, машина могла применять против субмарин торпеды и глубинные бомбы, в том числе ядерные. На данный момент вертолет снят с вооружения ВМФ России.
Юрген
Ну, так сравнивать СССР, состоящий из 15 республик, в которых находились крупнейшие судостроительные предприятия и не только, по-крайней мере примитивно.
Это вот этот что ли?
https://jonnsil...l.com/7875.html
В Минобороны СССР были не дебилы, там мыслили масштабами 2-й мировой, армады против армад, как и этот «эксперд»
ЮргенВМФ РСФСР?
Это Максим Климов. Он полагает, что в СССР в минобороны не дибилы были, и несмотря на вполне реальный сценарий ядерной войны, держали мощную морскую авиацию.
Юрген
А почему не РСФСР?
Это кто ж такое, с позволения сказать, наклал? Чой то сЦылочка на автора опять «стеснительно» затерялась.
Этот «эксперд» всерьез предполагает, что третья мировая между упомянутыми сильными противниками будет вестись обычными вооружениями без применения ЯО?
Юрген«В масштабных маневрах задействовано 36 боевых кораблей, подводных лодок и судов обеспечения, около 20 летательных аппаратов, более 150 единиц вооружения, военной и специальной техники береговых ракетно-артиллерийских и сухопутных войск, морской пехоты и войск ПВО», — указывалось в сообщении пресс-службы Северного флота в июне с.г. Фактически данные цифры — это признание факта разгрома флотом собственной морской авиации и соответственно своей небоеспособности против хоть сколько-нибудь сильного противника.
Представляет интерес сравнение статистики «кораблей и самолетов» в предшествующих учениях ВМФ СССР:
— учения Северного флота «Север 68» — около 300 боевых кораблей и судов (из них 80 подлодок) и около 500 самолетов;
— учения ВМФ СССР «Океан» (1970) — только в дальней зоне действовало 80 подлодок (из них 15 атомных), 84 надводных корабля и 45 вспомогательных судов, авиация — 8 полков (14 полковылетов), то есть не менее 300-400 самолетов. Всего авиация провела 5,5 тыс. самолето-вылетов, 752 дозаправки с передачей 4 тыс. т топлива.
Северный флот на 1982 год имел 395 боевых кораблей и катеров, 290 вспомогательных судов и… 380 летательных аппаратов, а на учениях «Океан 83» было задействовано 53 корабля, 27 подлодок, 18 вспомогательных судов, а также 14 полков морской авиации и 3 полка истребителей ПВО, то есть более 400 самолетов.
Цифры на сегодня поражают, но не количеством кораблей и самолетов, а их соотношением. В 1990-х — начале 2000-х годов флот фактически удавил собственную авиацию. Да, времена были тяжелые. Однако как раз в эти тяжелые времена и проявилось отчетливо, кто был для командования ВМФ «любимой дочкой» (подплав), а кто «падчерицей» (авиация).
…
Мы вложили огромные средства в ремонт и «модернизацию» тяжелого атомного ракетного крейсера (ТАРКР) «Адмирал Нахимов», но сохранили при этом его прежнюю концепцию «ракетного линейного крейсера». Что получается в итоге? Наш «ракетный «Ямато» по ударному потенциалу (80 ударных ракет) оказывается хуже, чем пара модернизированных «Спрюэнсов» (старых американских эсминцев почти с 70 ракетами, включая крылатые и противокорабельные, на каждом, при водоизмещении в три с лишним раза меньшем).
скрытый текст
При разговоре о стоимости и целесообразности такой модернизации «Нахимова», сегодня хватаются за голову даже те, кто был ее активным сторонником несколько лет назад. А если бы потраченные средства на «Адмирала Нахимова» пошли на переоборудование его в «малый авианосец», это был бы совсем иной эффект — и для политики (демонстрация флага и «проецирование силы»), и для военной мощи государства. Причем эффект системообразующий, с резким и адекватным повышением роли авиации в составе ВМФ. Появилось бы реальное обоснование для эсминца «Лидер» с атомной силовой установкой, ибо возможности авиационных средств и авианесущего корабля являются определяющими для кораблей оперативного соединения.
Однако все, чем занимался ВМФ в последние лет 10 по авианосной тематике (и смежным вопросам), можно охарактеризовать коротким, но точным словом «маниловщина». Тем не менее шансы есть — в ходе сирийской компании Верховный главнокомандующий жестко поставил вопрос: «Где наш авианосец?», вытащив наших флотоводцев на войну. Практика показывает, что если у Верховного вопрос жестко ставится, то в последующем он реально начинает решаться. И в отношении палубной авиации это состоялось.
Весьма неоднозначную реакцию в ВМФ, ОПК и обществе вызвала попытка закупки французских десантно-вертолетных кораблей-доков (ДВКД) «Мистраль». Безусловно, это было не только политическое решение, но, с позиций сегодняшнего дня, очень грамотное и обоснованное. С учетом примата политики над военными вопросами флот мог впоследствии получить или эффективный силовой инструмент, или «чемодан без ручки». Увы, практика показала, что все шло к последнему варианту.
При этом следует особо отметить, что на фоне массы справедливой с технической и других точек зрения критики этого проекта потерялось главное: где наш полноценный транспортно-десантный морской вертолет?! Ибо то, что достали из «утиля» для «Мистралей» — Ка-29, имеет массу ограничений для решения десантных задач. Единственное, что радует — создание морской модификации Ка-52, но притом очевидно: ее приоритетность на фоне отсутствия новых и эффективных десантных вертолетов много ниже.
С учетом сокращения финансирования возникает вопрос: какие ДВКД получит в перспективе наш флот? Озвучены планы по 15- и 30-тысячетонным кораблям (ДВКД и универсальный десантный корабль). Но, может, начнем все-таки с более простого и необходимого? Например, «малых ДВКД» типа сингапурского «Эндуранса»? Близкий его аналог, большой десантный корабль (БДК) типа «Иван Грен» имеет слишком много недостатков, но это единственный наш новый проект с групповым базированием вертолетов.
При этом подчеркну: новых вертолетов для новых десантных кораблей нет. Планы по перспективному вертолету «Минога» заведомо нереальны, и не только потому, что так показывает практика и сроки создания отечественных морских вертолетов, а в первую очередь потому, что «Минога» ориентирована на новый двигатель и является «пилотной» к его внедрению в наши вертолеты. Возникает вопрос: насколько реально тащить такую сложную задачу нашей морской авиации? В итоге единственный реальный выход на сегодня, как представляется, это создание многоцелевого вертолета на базе Ка-32 с его глубокой модернизацией.
Но есть ли у нас вообще многоцелевые корабельные вертолеты? Ка-27 таковым не является даже в новейшей модификации (Ка-27М). Что мешало при выполнении этой модернизации предусмотреть возможность применения ударного оружия, средств РЭБ, эффективной перевозки грузов? О возможности наведения корабельных зенитных управляемых ракет на низколетящие цели и говорить не приходится с учетом того, что даже по своему основному назначению — противолодочному — Ка-27М серьезно проигрывает всем западным современным вертолетам.
Крайняя устарелость ППС (даже «новейших», таких как «Новелла» и «Касатка») является главным недостатком нашей противолодочной авиации. При этом мы до сих пор рассматриваем радиогидроакустические буи (РГАБ) как отдельные (одиночные) гидроакустические станции. Наше «поле буев» — это набор одиночных приемников, в то время как на Западе уже с 1980-х годов начался переход на совместную комплексную обработку сигналов от поля РГАБ как от единой антенны, то есть РГАБ стал «датчиком». Данное техническое решение резко повысило поисковую производительность противолодочных самолетов. С появлением же в начале 1990-х годов низкочастотных РГАБ-излучателей (LFA) было обеспечено обнаружение самых малошумных ПЛ.
Рядом российских организаций давно проводятся исследования и испытания новых технологий обработки информации РГАБ, в том числе с применением штатных РГАБ морской авиации ВМФ. При этом целью ставится резкое повышение возможностей по обнаружению малошумных целей. Вопрос только во внедрении этих работ в современные ППС самолетов. Кроме того, технические решения, реализованные в этих разработках (во многом аналогичных западным), обеспечивают возможность эффективного комплексирования информации РГАБ в технических средствах обработки информации, имеющих стоимость много ниже сегодняшних ППС. Данные решения открывают возможность создания массовых патрульных самолетов. В разведке могли бы помочь беспилотники, применение которых с кораблей началось в американских ВМС еще в 1960-е годы (противолодочный беспилотный авиационный комплекс QH-50 DASH), а сегодня беспилотная авиация решает все более широкий круг задач. Но то, что имеет сегодня российский ВМФ — это просто нуль, и, по-хорошему, эта тема требует для рассмотрения отдельной статьи.
…
Сегодня осуществляется переход морской авиации наземного базирования на истребитель Су-30СМ, что, безусловно, является положительным фактором повышения возможностей ПВО флота. При этом имеются серьезные вопросы по налету морской авиации, наличию в боекомплекте новых ракет и средств РЭБ (ввиду традиционного «зажимания» морской авиации по финансированию).
В то же время модернизированных самолетов А-50У в ВС РФ крайне мало, и флоту рассчитывать на них объективно не приходится. В этой ситуации крайне актуальной задачей является создание тактического, массового самолета ДРЛОиУ. Этот самолет крайне важен как для ВМФ, так и для всех ВС РФ. При этом с целью повышения его защищенности и общей эффективности ПВО необходимо ставить вопрос о возможности наведения наземных и корабельных зенитных управляемых ракет на цели авиационными средствами.
Огромные размеры нашей страны остро ставят вопрос поисково-спасательного обеспечения с использованием авиационных средств. Причем такие средства в больших количествах имеются в зарубежных государствах, но у нас их практически нет (только немногочисленные Ка-27ПС). Приведу только один пример: гибель среднего разведывательного корабля «Лиман» у Босфора. Наличие в составе Черноморского флота аэромобильных спасательных средств, десантирование спасателей и этих средств (типа надувных понтонов и пластырей) могло бы предотвратить гибель корабля в тех условиях.
Еще более актуально наличие таких средств на Севере и в Тихом океане. В 90-е годы ставился вопрос по достройке экраноплана проекта 908 как океанского спасателя (пожалуй, единственно адекватное их применение), однако сегодня это забыто, но зато мы опять ввязывается в аферу с ударными экранопланами.
…
В фильме телеканала «Звезда» «Звериная дивизия» показан маневр «уклонения» нашей многоцелевой подлодки от «самолета противника». Увы, и маневр, и тактика, и боевые средства в обеспечение этого у нашего подплава устарели лет на 20. В свое время на многоцелевых подлодках ТОФ имела хождение фраза «кот, засунутый в валенок» — про стратегические ракетоносцы проекта 667БДР, к которым можно было применить еще одно выражение: «ничего не вижу, ничего не слышу», но зато при этом якобы обеспечивалась скрытность (ракетоносцы имели высокую шумность и давно устаревшую гидроакустику). Сегодня в роли «кота в валенке» против авиации противника выступает весь наш подплав. При этом без эффективной поддержки с воздуха ни о каких действиях на значительном удалении от берега наших подлодок не может быть и речи.
…
Здесь уместно вспомнить американский опыт. С учетом жесткого столкновения различных мнений по тематике новых средств борьбы на море Конгрессом и командованием ВС США были приняты неординарные решения. В 1925 году командир новой эскадры морской авиации капитан Дж. Ривз получил самые широкие полномочия по проведению реальных испытаний на море и внедрения их результатов. По основному образованию он был артиллерийским офицером и к тому времени успел покомандовать крейсером и тремя линкорами. Во время обучения в Военно-морском колледже (аналог нашей Военно-морской академии) Ривз стал энтузиастом морской авиации, в 52 года прошел подготовку летного наблюдателя и в августе 1925 года возглавил авиацию линейных сил ВМС США. «Учебной партой» тогда стал первый корабль, которым командовал Ривз, — старый угольщик «Юпитер», переоборудованный в учебный авианосец «Ленгли».
В целом, как представляется, можно сделать следующие выводы:
— необходим пересмотр приоритетов финансирования составных частей ВМФ со значительным увеличением доли морской авиации (за счет подводных лодок);
— необходима «авиационизация» организации ВМФ в целом, причем НИО морской авиации (филиал 30-го НИИ) должен подчиняться структурам ВМФ;
— ремонт и модернизация ТАВКР «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» должны осуществляться в виде комплексной программы создания современного оперативного соединения ВМФ с соответствующей модернизацией корабельной авиации и кораблей охранения;
— для накопления опыта и проведения исследовательских учений необходимо создание учебного авианосца и формирование учебного оперативного соединения (оптимально — на Черноморском флоте);
— необходимо воссоздание ударной группировки морской авиации, хотя бы в составе полка модернизированных Ту-22М3 (с новыми средствами обнаружения, поражения и РЭБ);
— необходимо значительное увеличение числа вертолетов ДРЛОиУ в составе ВМФ (с приданием им возможности наведения зенитных управляемых ракет кораблей) и создание массового тактического самолета ДРЛОиУ;
— необходимы модернизация противолодочной авиации ВМФ с внедрением современных технологий поиска ПЛ, а также создание нового массового патрульного разведывательного самолета;
— на базе вертолета Ка-32 необходимо создание многоцелевого вертолета для кораблей ВМФ, а также создание его десантной модификации для перспективных десантных кораблей.
ЮргенАга, теперь вижу. Просто поставок по этому договору пока не было.
OptimoPrincipiВы знаете, мы сидим на сайте, который пылесосит по сети все мало мальски значимые события. Этакий агрегатор. Поэтому вбейте в поисковую строку «филиппины» (вверху справа) и будет вам щастье.
Морская авиация ВМФ России (МА) начала модернизацию парка воздушных судов, которая пройдёт в три этапа.
https://russian...a-modernizaciya
ЮргенЧто предлагает отечественная промышленность региональной авиации
Доклад заместителя министра промышленности и торговли Российской Федерации Олега Евгеньевича Бочарова.
Базовый региональный самолет — в качестве такового мы рассматриваем L-410. Для нас очень важно, что Минпромторг и Минтранс выступают единым фронтом. Компания ГТЛК является основным финансовым оператором этой программы. Мы понимаем, что даже в таком тяжелом секторе региональных перевозок нам нужно готовиться к трансформации. Будем переходить от продажи самолетов и основных агрегатов к продаже услуг. Это правильный уровень оценки зрелости готовности взаимодействия между промышленностью и эксплуатантом.
У нас уже сертифицированы поплавковые шасси для L-410. Самолет произвел взлет/посадку даже по более укороченной дистанции. Мы безусловно продвигаемся в направлении того, чтобы наши жители в регионах получили комфортный продукт, чтобы в любых погодных условиях, на любых полосах получать надежную услугу. Одновременно ведутся работы по сертификации лыжных шасси. Буквально сегодня по телемосту мы показали президенту страны первый выпущенный на УЗГА (Уральский Завод Гражданской Авиации) самолет, производство которого локализовано в России. Сборочный цех площадью 12,5 тыс. кв. метров позволяют нам говорить о том, что мы подтверждаем серийность выпуска L-410 до 20 самолетов в год.
Ещё одна радостная новость этого года. Летом мы примерили на самолет двигатель ВК-800 со ступинским винтом. И мы понимаем, что мы достигнем уровня локализации в 72-74%. То есть это будет полностью российский самолет, обеспеченный всем комплексом возможности для своевременного послепродажного обслуживания. Безусловно, летающий на лыже, летающий на поплавке. Конечно, есть желание пойти дальше, чтобы он взлетал с лыж, садился на поплавок, взлетал с поплавка, садился на шасси, с шасси садился на лыжи. Это, наверное, все-таки в будущем. Пока мы можем говорить только об однородности. Но самолет очень быстро «переобувается», делается это практически в полевых условиях. Президенту это тоже продемонстрировали.
скрытый текст
Были требования, особенно по Дальнему Востоку, связанные с тем, что по сертификату есть ограничения по взлетно-посадочной полосе, и что есть лучшие импортные аналоги. Ничего подобного — мы получили подтверждение сертификата, провели все испытания. 550 метров — достаточные условия для того, чтобы самолет работал, не ухудшая своих эксплуатационных характеристик.
Следующее — наш любимый и забытый Ан-2. Мы второй год видим, как директор СибНИА летает на «пластиковом» самолете. Здесь мы с руководителем Росавиации не устаем всем напоминать, что это пока только технологический демонстратор. К сожалению, действительно СибНИА великий институт, но с точки зрения сертификации, это конечно только технологический демонстратор. СибНИА — великий институт, в хорошем смысле это подвиг наших ученых, которые в инициативном порядке, используя молодые кадры, спроектировали такой самолет. Было принято решение организовать производство на Улан-Удинского завода. Мы ставим эту работу на 2019-2020 годы. Будем проводить ОКРы и делать композитный самолет.
Эксплуатанты очень хотят, чтобы он был 14-местный. Но у нас есть серьезные правовые опасения, потому что сложности с принятием правил, с международной валидацией пока не позволяют нам говорить о том, что на одном моторе мы можем произвести самолет с большим количеством пассажиромест. Соответственно возникают вопросы к эффективности такого самолета. В рамках ОКРов, понимая, что технологически мы его сделать можем, мы эти вопросы решим.
Для нас очень важна кооперация с РосАтомом, потому что мы видим, что на сегодняшний день наша промышленность имеет технологические заделы — мы уже сертифицировали отечественную композитную нить и показали, что по прочности она не уступает американским или европейским аналогам, в том числе применяемой в производстве крыла МС-21. Думаю, что мы в течении 2х месяцев сможем заявить о том, что композитное крыло МС-21 это не только то, что удалось сконструировать нашим конструкторам. Мы понимаем, что наших иностранных коллег это напрягает, и мы хотим их напрягать. И они уже напряглись. Ульяновский завод «Аэрокомпозит», выпускающий исключительно гражданскую продукцию — крыло МС-21, оказался в новом санкционном списке США. Более серьезные оборонные предприятия не попали, он попал. Для нас это лишний раз показатель того, что они видят угрозу в появлении на рынке наших гражданских технологий.
Раз уж заговорил про композитное крыло, скажу пару слов про МС-21. Летная программа выполняется. Второй самолет приступил к летным испытаниям в этом году, третий зайдет в марте, а четвертый в середине 2019 года. Испытательная программа идет в соответствии с нашими планами, и мы не видим каких-либо проблем. Сейчас самолеты летает на двигателях Pratt&Withney. 15 ноября 2018 года мы сертифицировали двигатель ПД-14, так что можно сказать, что и в гражданском сегменте мы вернулись к национальному двигателестроению. Очень рассчитываем, что подтвердим экономическую эффективность работы крыла в составе с новым двигателем ПД-14. Да, пока есть ещё вопросы к экономике двигателя. Но это в допустимых пределах и мы его будем доводить. Мы постоянно думает про стоимость кресло/километра, в этом смысле промышленность стала более-менее адекватна. Главный вопрос, как мы будем его эксплуатировать, что у нас получится с ценой, с его стоимостью владения. Самолет имеет более широкий фюзеляж, более комфортный салон, чем у западных конкурентов, более эффективен с точки рения загрузки/выгрузки. У самолета хорошая аэродинамика и экономика. Рынок в этом сегменте воздушных судов колоссальный.
Вернусь к региональной авиации, Ан-2 и композитам в целом. Мы понимаем, что деваться некуда, мы будем использовать композитные технологии и в широкофюзеляжном самолете. Мы очень рассчитываем, что серийность позволит сделать этот продукт достаточно дешевым, в используемых нами технологиях, и мы попадаем в рынок. Пока рл цене у нас все получается. Итак, мы рассчитываем, что 2 года у нас уйдет на ОКРы по Ан-2, и мы предоставим регионам гораздо более комфортную машину и, надеемся, гораздо более экономичную, отвечающую тем требованиям по неподготовленным полосам, которые были изначально у базового воздушного судна.
Самолет Ил-114. Здесь имеется одна существенная проблема. Он низкоплан, а низкое расположение композитного винта говорит о том, что в эксплуатации, хотя пока мы этого точно не знаем, он может иметь определенные риски. Мы согласны, что степень подготовки полос у нас разная. Но почистить полосу гораздо проще, чем переместить крыло 114-го наверх. Это я точно могу сказать. И с точки зрения государственного подхода, тоже гораздо белее эффективно. Но понимая, что такой вопрос есть, что Ил-114-300 это уже достаточно большой и тяжелый самолет, а также видя мощнейшие усилия Минтранса на поддержку и субсидирование региональных перевозок, считаем, что должны это поддержать и со стороны промышленности. Поэтому мы готовы выкупить у чешских коллег (владелец российская УГМК) документацию по L-610 и попробовать разработать на его базе 40-местную машину, чтобы она в течении 5 лет встала как раз между L-410 и Ил-114-300, который подойдет в серию к концу 2021 года. Мы понимаем, что эта машину будет явно дешевле, и с точки зрения экономики она нам позволит субсидировать раскатываемые маршруты. То есть осуществлять постепенный переход от 12-и к 19-местной машине, затем к 40-местной, а если пассажиропоток и полоса позволяют, то выйти и на Ил-114. Бюджетом предусмотрены деньги для ГТЛК на 2021 год на закупку 3-х машин Ил-114. Двигатель ТВ7-117 проходит свою сертификацию и испытания с композитным ступинским винтом по графику. Эксплуатация все покажет.
Ну и вершина регионального сегмента — Superjet 100. мы испытываем мощнейшие сложности, связанные с нашим партнерством с французскими партнерами по двигателю SaM146. У коллег жесткая бизнес-модель и идти на симметричные снижения стоимости владения двигателем они не готовы. Разбирая все проблемы эксплуатации двигателя с региональными компаниями, мы видим, что и они пользуются сложившейся ситуацией, стремятся занять более выгодное для себя положение, в наших спорах с французами. Мы понимаем, что нам надо создать банк подменных двигателей. Такая программа у ОДК есть. Документацию на полную разборку/сборку двигателей на территории рыбинского завода мы получили. Первый двигатель там уже полностью отремонтирован, то есть, разобран-собран. Вопрос коммерческий — идет торговля, за сколько мы с французами сговоримся. Мы понимаем, что условия, которые они выставляют по покупке/аренде подменных двигателей у компании PowerJet, неприемлемы для российских региональных авиакомпаний. Просто не приемлемы и все. А качество самого двигателя вне гарантийного срока и внутри гарантийного срока, вызывает вопросы по горячей части (горячая часть — французская производственная зона ответственности). С этим двигателем нам все равно жить и дальше. Это решение предшествующих периодов и никто не мог знать, что оно так пойдет. Безусловно, будем мучиться с этим двигателем, пока не произведем свой. Производство двигателя такого размера, такого класса тяги у нас заложено. Но мы должны понимать, что двигателестроение это значительный срок создания продукта, и мы не можем сказать, что через 5 лет мы разработаем свой двигатель такого класса. Сейчас определяем технические требования. Мы понимаем, что нужна и другая сеть двухконтурности и другие материалы. Но перед нами стоит более глобальная задача — нам нужно создавать тяжелый гражданский двигатель ПД-35. Страна большая и нам надо прорываться вверх, в класс тяги 25 и более тонн. У нас очень серьезные партнеры по совместному российско-китайскому предприятию по строительству широкофюзеляжного самолета CR929, и планы у них по развитию авиации очень серьезные. Нам тоже нужно строить широкофюзеляжные самолеты. Пока не во всем с китайскими коллегами мы договариваемся. Но мы точно понимаем, нам есть что им технологически предложить.
И, наконец, программа постпродажного обслуживания. Это кричащая проблема. Все пилоты говорят, что кабина самолета Suрerjet100 замечательная, система управления и электроника прощают многие ошибки, все очень хорошо продуманно. Хорошая аэродинамика и экономичность двигателей. Но каждый эксплуатант скажет, что очень тяжело эксплуатировать эту технику. И мы понимаем почему. Выходя на рынок мы не знали, не имели опыта построения систем постпродажного обслуживания. Бомбардье, выводя на рынок самолеты CSeries, вложило 1 млрд. долларов в создание сервисных центров ещё до того, как самолет пошел в эксплуатацию. Это обеспечивает компаниям соответствующий высокий налет даже на первых сериях. И сейчас нами такая программа разрабатывается, она положена в стратегию развития. Совместно с Минтрансом мы определим хабы, в которых, безусловно, будем создавать некую специальную юрисдикцию, потому что понимаем, что даже авиационно-технические службы авиакомпаний просто не выдерживают нагрузки от капиталовложений, в случае если компания самостоятельно создает собственный ангарный фонд для проведения ремонтов новых самолетов. Мы понимаем, что не хватает 120-150 тыс. кв. метров ангарных площадей, чтобы обеспечить быстрый ремонт самолетов. Под них мы положим аптечки, положим склады, положим возможность эффективной и гибкой аренды для технических и обслуживающих предприятий. Все это должно быть упаковано в течение 2019 года в конкретную программу. Чтобы мы сформировали правильную стратегию государственной поддержки, нам с Минтрансом надо понять, сколько самолетов, каких типов и к какому году необходимо отрасли.
ЮргенНасчет гражданки не знаю, а вот по оружию вообще не помню, чтоб хоть что-то продали. Шойгу им автоматы в подарок привозил да каски и еще что-то, они как раз с игиловцами в это время рубились.
OptimoPrincipiЭто верно. Просто у людей ожидания большие были. Наши поначалу пару партий оружия хорошо толкнули на Филиппины, да и гражданка пошла. Правда это было когда их президент с обамкой поссорился и на этом фоне начал авансы России и Китаю раздавать. Но лично я серьезно это никогда не воспринимал. У них вся страна сидит на call-serviсe американских компаний, один из главных источников валютных поступлений. Не им рыпаться на своих островах.
Несмотря на жёсткую конкуренцию и очень жёсткое административное давление США на заинтересованные страны.
Дорогого стоит. Эффективность нашего ВПК и работа людей, продвигающих технику на экспорт, заслуживает большой благодарности.
ЮргенВот кстати SIPRI в 2017 году по военным заказам поставили Россию на 2-е место после США. Что, кстати, большой успех, с 2002 года на втором месте британцы были:
«Совокупный объём продаж вооружений российскими компаниями составил 9.5% от общего объёма продаж в рейтинге SIPRI Топ-100. Это сделало Россию вторым по величине производителем вооружений в рейтинге Топ-100 в 2017 — с 2002 данную позицию занимала Великобритания. В 2017 совокупный объём продаж оружия 10 российских компаний, входящих в Топ-100, увеличился на 8.5% и составил $37.7 млрд. ‘С 2011 наблюдается значительный рост объёма продаж вооружений российскими компаниями, — сообщает Симон Веземан, старший научный сотрудник Программы вооружений и военных расходов SIPRI, — Это согласуется с возросшими расходами России на закупки оружия для модернизации ее вооруженных сил'.
В 2017 одна российская компания впервые вошла в десятку крупнейших мировых военно-промышленных компаний в рейтинге SIPRI Топ-100. ‘Концерн ‘Алмаз-Антей', который уже является крупнейшей в России компанией, производящей вооружения, в 2017 увеличил объём продаж вооружений на 17% до $8.6 млрд.', — сообщает Александра Куимова, младший научный сотрудник Программы вооружений и военных расходов SIPRI.»
ЮргенБлиииин. Да не было там ничего с Филиппинами. Просто там сказали, что на рынке есть такие-то и такие-то модели, и рассматривается возможность приобретения какой-то из них.
Ну это как Герасимов один раз ляпнул, что Т-90 стоит в несколько раз дороже «Леопарда». Ну никто же всерьез не подумал, что наша армия будет брать «Леопарды», потому что они дешевле?
А соглашения о намерениях они даже тут в ленту не уходят, а в статистику по контрактам они тоже не попадают.
Вы это всерьёз?
Речь о том, что теперь с любым несостоявшемся контрактом, такие лжетцы как ты, будут бегать как папуасы с бусами. Типа санкции виноваты. Что мы сейчас и увидели.
Жду ответ на вопрос:
Постепенно Штаты будут всё больше усиливать давление.
О том и речь, что надо разделять подписанные соглашения о закупках от соглашений о намерениях. Даже подписанные соглашения о закупках могут быть расторгнуты в из-за «санкций», а намерения вроде случая с Филиппинами тем более. Так что придётся только надеяться, что США не пойдут на значительное ужесточение ограничений (хотя они грозятся).
ЮргенНу вот допустим взять только прошлый год. Были заключены такие твердые контракты:
Азербайджан купил 24 самоходных ПТРК «Хризантема» и 800 ракет к ним.
Бангладеш — 5 вертолетов Ми171Ш
Беларусь — 12 истребителей Су-30СМ, 4 ЗРК «Тор-М1» и 100 ракет к ним
Буркина-Фасо — 2 вертолета Ми-171Ш
Экваториальная Гвинея — 2 ЗРК «Панцирь» и 50 ракет к ним
Казахстан — 12 истребителей Су-30СМ и 4 вертолета Ми-35М
Катар — 200 ПЗРК «Игла"
Сербия — 6 вертолетов Ми-17В5
Таиланд — 6 вертолетов Ми-17В5 за 145 миллионов долларов.
Турция — 4 дивизиона ЗРК С-400 и 75 ракет к нету.
ОАЭ — партию ПТРК «Фагот» за 709 миллионов долларов
Узбекистан — 12 вертолетов Ми-35М
Вьетнам — 64 танка Т-90С
Это все твердые контракты, на глаз где-то на несколько миллиардов долларов. Только турецкий контракт вытянул на 2,5 миллиарда.
Причем контракт по Азербайджану уже выполнен, и за 2017 успели частично закрыть контракт с Катаром и поставить 2 Су-30СМ в Казахстан.
ЮргенЭто надо просто цифры по твердым контрактам смотреть, по ним срывы нечасто бывают. Вообще, мне интересней, как там с индонезийскими Су-35 история будет развиваться.
… что можно хоть какой-то негатив про наших написать.
Хотя бы и высосанный из пальца.
Видать серьёзного материала уже не хватает.
А можно узнать, где это сообщалось и был ли вообще контракт?
Главное тут то, что недавно сообщалось, что они не смотря на «санкции» всё-таки филипины будут брать. А теперь выясняется, что на «санкции» они таки смотрят.
Такие вещи нам надо иметь ввиду, когда мы слышим красивые цифры «заказов» нашей оборонной промышленности на годы вперёд. Только небольшая часть из этих заказов это настоящие заказы, а остальное это что-то вроде этого случая. Так что придётся таки за «санкциями» следить.
ЮргенЧестно говоря, там вообще мизерный шанс был, что они наши вертолеты купят, потому что они наше оружие отродясь не покупали и плотно зависят от американцев. Пару лет назад наши подарили им 5 тысяч «калашей» и два десятка «Уралов», но видимо за бусы купить не получилось, да и черт с ними.
ЮргенТак там заказа и не было:
«Изначально Филиппины планировали купить 16 вертолетов Bell 412 у Канады. Однако в феврале сделка сорвалась из-за опасений канадских властей, что вертолеты могут быть использованы для борьбы с повстанцами. После этого Филиппины вели переговоры о покупке многоцелевых вертолетов S-70 Black Hawk, производимых Sikorsky Aircraft, российских Ми-171, южнокорейских Surion и англо-итальянских Agusta Westland AW139.»